Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Квартирное рейдерство — социальный терроризм

Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Жильё является важнейшей составляющей нашего благополучия. В России большая часть граждан имеют в собственности только одну квартиру, комнату, или дом для постоянного проживания. Если сравнить средний уровень жизни и доходов населения со стоимостью самого обычного жилья в таких крупных городах России, как Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород и других мегаполисах, то легко можно убедиться, что жилая собственность для населения этих городов, да и большинства менее значительных населённых пунктов страны, является самой главной материальной ценностью. Значительная стоимость городских квартир привлекает квартирных рейдеров — профессиональных охотников за чужими правами на дорогую недвижимость.

Когда бытовой террор становится стандартной практикой прибыльного бизнеса.

Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Квартиры в крупных мегаполисах являются желанной добычей для мошенников и чёрных риэлторов, которые готовы использовать любые законные и незаконные способы для захвата дорогих квадратных метров ради наживы.

За последние годы методы квартирных рейдеров начинают всё более приобретать самые опасные формы социального терроризма, которые могут нанести очень серьёзный ущерб не только материальному благосостоянию своим жертвам, а также их жизни и здоровью, но и нашему государству и обществу.

Какую скрытую общественную угрозу несёт в себе волна квартирного рейдерства, поднимающаяся по всей стране? Несёт ли социальный терроризм квартирных мошенников столь же опасную угрозу обществу, какой обладают иные формы террора, борьбу с которыми наше государство ведёт всеми доступными способами?

Квартирные рейдеры – профессиональные социальные террористы.

Мошеннические схемы квартирных рейдеров не сильно изменились с эпохи 90-х, когда закон о приватизации сделал собственниками жилья миллионы граждан нашей страны.

Главной целью мошенников и чёрных риэлторов является жильё, которым можно завладеть и перепродать в свою пользу, если рейдерам удаётся лишить прав собственности свою жертву. Арсенал методов, которыми пользуются злоумышленники для достижения этой цели, достаточно широк, вплоть до морального и физического насилия.

Сомнительные сделки с долевой собственностью, или с использованием займа под залог недвижимости для рейдерского захвата квартир, практически никогда не имеют достаточных юридических оснований, позволяющих захватчикам легко и быстро избавиться от прежних собственников жилья.

Этот бизнес требует профессиональной организации бытового террора в отношении жертв, который бы помог сломить волю к сопротивлению, внушить страх и склонить к принятию всех предъявляемых требований, чтобы избежать ещё больших страданий в будущем.

Почему деятельность чёрных риэлторов снова становится массовым явлением?

Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Основным объектом охоты чёрных риэлторов в 90-е годы были представители социальных низов общества, в собственности у которых находилась недвижимость, доставшаяся им по закону о бесплатной приватизации. Хозяев квартир спаивали, заманивали в долговую яму, из которой им можно было выйти, только рассчитавшись с бандитами своим жильём.

Многих просто убивали после насильственного переоформления права собственности на квартиры, если считали, что жертва сможет в дальнейшем начать борьбу за свои права и дать соответствующие показания в суде.

К началу нового века чёрные риэлторы отобрали единственное жильё почти у всех представителей неблагополучной части общества, до которого они сумели добраться. Поэтому волна подобных преступлений, потихоньку сошла на нет. Но это не значит, что методы, которыми пользовались квартирные рейдеры в 90-х, потеряли актуальность.

Они стали более изощрёнными, а бандиты превратились в бизнесменов и юристов, умеющих использовать несовершенства в законе для достижения корыстных целей. К настоящему времени количество собственников жилья, относящихся к неблагополучным слоям населения, значительно увеличилось. Это связано не только со сложностями в экономике.

За последние 15 лет постепенно сформировалось новое поколение социально неблагополучных граждан, которые волею случая стали собственниками вполне ликвидного городского жилья.

Всё это время их практически не трогали, так как существовали вполне легальные способы, позволяющие завладеть квартирой при затратах, составляющих только часть её рыночной цены.

Квартирные рейдеры старались не выходить за рамки закона, без особой необходимости, и использовать всевозможные юридические лазейки, например, схему выкупа небольшой доли и последующего вытеснения прежних хозяев жилья, с опорой на решения судов и факт законной регистрации своих прав на долю. В условиях экономического кризиса методы социального террора снова становятся одним из главных и наиболее опасных инструментов, которыми пользуются захватчики квартир в крупных городах.

Социальный терроризм квартирных рейдеров как особая категория уголовных преступлений

Социальный терроризм является систематической и целенаправленной массовой практикой использования приёмов бытового террора, призванной склонить объект преступных домогательств к принятию каких-либо решений против собственной воли.

Акт бытового террора, который имеет конкретных исполнителей, организаторов, действующих в корыстных целях, чёткий план и распределение ролей, следует считать социальным террористическим актом.

Наиболее острую угрозу жизни, здоровью и имущественному благополучию социальный террор несёт малообеспеченным социальным группам, против которых его воздействие имеет наиболее разрушительные последствия. Несмотря на то, что социальный террор ограничен рамками частных интересов, его деструктивное воздействие на общество в целом несёт колоссальные последствия.

В рамках уголовного и административного законодательства РФ не существует норм, определяющих социальный террор как особый вид преступления. Рейдеры применяют самые различные методы убеждения, начиная от телефонных угроз и заканчивая прямым физическим насилием. Подобные акты террора и насилия, которые целенаправленно осуществляются в процессе рейдерского захвата жилья, имеют два общих признака:

  1. Действия захватчиков направлены на склонение собственника жилья к совершению заведомо не выгодной для него сделки (ст. 179 УК).
  2. Самоуправство (ст. 330 УК). Рейдеры стараются внушить своей жертве, что все их действия находятся в рамках правового поля, хотя на самом деле это не соответствует действительности.

Чаще всего квартирные рейдеры применяют стандартную схему террора:

  • выдвижение требований (продажа долей в пользу рейдеров по заниженной цене, переоформление прав собственности, выселение);
  • осуществление насильственной, или устрашающей террористической акции, если собственник отказывается выполнять требования (проникновение в квартиру, порча имущества, угрозы, унижения, побои и проч.);
  • демонстрация безнаказанности на фоне бездействия правоохранительных органов;
  • нагнетание атмосферы страха на фоне обещаний усиления террора;
  • Повторные выдвижение требований и незамедлительное повторение актов социального террора в более жёсткой форме – и так до полной капитуляции потерпевшей стороны.

Практика социального террора

Типичным примером использования методов социального террора для преступного обогащения является деятельность банды квартирных рейдеров «Профессиональные соседи». Данная ОПГ получила широкую известность летом 2015 года, после серии телепередач и публикаций в СМИ г. Москвы.

Завладев правом собственности на небольшие доли в квартирах москвичей, участники преступной группы организовывали настоящий бытовой террор, принуждая мажоритарных содольщиков к продаже своих долей по ценам, значительно ниже рыночной стоимости. Сценарий проведения террористических актов был отработан до мелочей.

Вначале террористы устраивали показательное проникновение в квартиры, ломали замки и двери, врывались в комнаты перепуганных хозяев и создавали атмосферу полного хаоса. Рейдеры в совершенстве научились вводить людей в состояние сильнейшего стресса и морального ступора с первых секунд пребывания в квартире.

После того, как хозяева убеждались, что обращаться в полицию бесполезно, террористы начинали выдвигать требования о продаже в их пользу всех оставшихся долей по указанным ими ценам. После каждого отказа террористические атаки усиливались. Портились вещи и оборудование квартиры, хозяевам начинали откровенно грубить и угрожать.

Многие женщины, ставшие объектом террора этой рейдерской банды, дали показания о побоях, физических унижениях и издевательствах. Пожилых людей рейдеры безжалостно доводили до предынфарктного состояния. Рейдерская банда «Профессиональные соседи» в полной мере является типичной организацией социальных террористов.



Деньги в долг под залог недвижимости

Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Схема лишения права собственности и насильственного выселения бывших хозяев после оформления кредита под залог недвижимости является ещё более жёстким вариантом открытого социального террора. Мошенники вводят в заблуждение жертву при подписании договора о залоге, подменяя его в нужный момент договором о купле-продаже жилья.

После этого квартира перерегистрируется на новых собственников и несколько раз перепродаётся. Жертва какое-то время может спокойно выплачивать первые взносы по кредиту, находясь в полном неведении. Обычно бандиты появляются в квартире внезапно.

See also:  Шанси зберегти приватну судову експертизу високі, попри зміни в законодавстві

Хорошо подготовленная преступная группа организует насильственное выселение прежних владельцев, действуя по заранее подготовленному плану, с чётким распределением ролей между членами банды. С жертвой поступают не просто бесцеремонно.

Прежним хозяевам, а также их близким родственникам, прямо и недвусмысленно рейдеры угрожают физической расправой, а при попытках оказания сопротивления жертва может подвергнуться насилию. Такое выселение уже не требует решений суда и длительной борьбы, как в случае с выкупом невыделенных долей.

Жертва не имеет даже тех остатков прав, которыми обладают пострадавшие участники долевой собственности, и фактически сразу остаётся на улице. После безрезультатных обращений в полицию у прежних хозяев остаётся только один путь вернуть себе жильё – начать длительную процедуру признания в суде недействительным договора купли продажи.

На это не только требуются деньги и время. Необходимы волевые качества и ясный рассудок. Обычно бандиты выбирают жертву, которая способна на самое минимальное сопротивление.

Преступники скрупулёзно собирают информацию о владельцах дорогой столичной недвижимости со скромным доходом, которые психологически и физически не смогли бы оказать активного противодействия внезапной и хорошо продуманной серии бытовых террористических актов.

Объектом квартирного террора с применением залоговой схемы могут стать не только спившиеся лица и наркоманы.

Обычные одинокие пенсионеры, у которых имеются серьёзные проблемы со здоровьем, могут соблазниться возможностью получения быстрого кредита под залог квартиры на срочное и дорогостоящее лечение, стоимость которого является неподъёмной для их скромного бюджета. Первый контакт с жертвой бандиты могут организовать, как случайную встречу, дающую повод предложить деньги взаймы под залог недвижимости на неотложные цели. Оставшись без жилья, не имея материальных средств, находясь в состоянии постоянного ухудшения самочувствия и потеряв веру в свои силы, такие люди просто не смогут сопротивляться обстоятельствам и благополучно пережить ад многомесячных судебных разбирательств. Если у прежних хозяев находятся силы последовательно бороться за свои права в суде, то бандиты готовы перейти от угроз физической расправы к конкретным действиям, поскольку свидетели им не нужны. Данная схема всё шире используется устойчивыми ОПГ в столичном регионе.

Методы социального терроризма из 90-х

В наиболее грубой и насильственной форме методы социального терроризма применяют квартирные рейдеры и чёрные риэлторы в провинциальных городах.

Несмотря на относительно невысокую стоимость жилья в областных центрах РФ, от 1 до 4-5 миллионов рублей, в провинции за последние годы участились случаи насильственного переоформления прав собственности с последующим убийством прежних обитателей квартир.

Убийства, совершённые при данных обстоятельствах фиксируются в таких городах, как Нижний Новгород, Екатеринбург, Киров, Ростов-на-Дону и проч. В настоящее время под удар квартирных рейдеров могут попасть представители не только малообеспеченных слоёв общества, но и вполне благополучных классов.

Известный случай с московским учёным, трёхэтажную квартиру которого на ул. Пятницкая рейдеры захватили при помощи решения суда, принятого на основании поддельного договора о залоге. Хозяина квартиры замуровали на третьем этаже дорогих апартаментов в центре Москвы при попытке сопротивления, что даёт основания квалифицировать этот случай как акт социального терроризма.

Последствия социального террора квартирных рейдеров

Удар по рейдерам: в законе о защите собственности остались лазейки

“Антирейдерский” закон  №1056-1, недавно вступивший в силу, призван прекратить практику перерегистрации имущества на так называемых “мертвых душ”.

Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Антирейдерский закон имеет много слабых мест

  • Согласно новому закону, нотариусы и государственные регистраторфы отныне обязаны проверять подлинность предоставленных им документов, а коммунальные предприятия устраняются из процесса госрегистрации прав собственности, сообщает издание UBR.
  • Новый закон предусматривает значительное увеличение штрафов за нарушения порядка проведения регистрации, кроме того госрегистраторов и нотариусов в законодательном порядке обяжут предварительно устанавливать гражданскую и правовую дееспособность физ- и юрлиц.

Однако у закона, направленного на борьбу с рейдерством, есть и свои минусы – купля-продажа имущества и корпоративных прав станет более длительным и дорогостоящим процессом, а это, полагают эксперты, негативно отразится на инвестиционном климате. Кроме того, юристы и представители крупного бизнеса опасаются усиления роли нотариата в подобных сделках, поскольку нотариусы отныне получают право вмешиваться в частные дела сторон и придавать публичности условия сделок.

Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Новый закон, по мнению юристов, проблему рейдерства не решит

Таким образом, по мнению юристов, главную проблему закон, все же, не решает – процесс рейдерства можно начать в одном месте, а утвердить в другом.

Из старых предохранительных механизмов в законе оставили обязательное использование бланков нотариальных документов.

Тем не менее, юристы считают его не слишком эффективным, полагая, что гораздо лучше от рейдерства могла бы защитить многофакторная аутентификация при попытке изменить данные в реестре.

Такая аутентификация хоть и прописана в законе, однако в реальности существует лишь на бумаге.

  1. Некоторые юристы считают, что предписанное законом усложнение упомянутых процедур красноречиво свидетельствует о развале правоохранительной системы, полагая, что проблему рейдерства можно было бы решить с помощью упрощения процедуры отнятого имущества законному собственнику.
  2. Напомним, ранее сообщалось, что эксперты сочли проект открытия рынка земли в Украине настоящим подарком для рейдеров.
  3. Также ранее сообщалось, что в Госгеокадастре открыли реестр, содержащий данные о владельцах земельных участков.

В столичном парламенте предложили законодательные механизмы защиты прав собственников от квартирных рейдеров

Руководитель постоянного депутатского объединения «Моя Москва» в Мосгордуме Елена Николаева:

«Рейдерство – очень важная тема, имеющая большой общественный резонанс. В данном вопросе необходимо обязательно защитить слабую сторону, но при этом сохранить режим законодательного регулирования общей собственности, установленный Гражданским кодексом РФ.

При всей важности проблемы нецелесообразно реформировать сложный институт долевой собственности только в одном направлении, в ущерб другим.

Нужно с большой осторожностью подходить к установлению запретов, особенно неявных, препятствующих развитию гражданского оборота собственности, а значит, и всей экономики в целом.

Предлагаю при разработке законопроекта выступить с инициативой дополнить Гражданский кодекс РФ рядом положений.

Это создаст возможности для регулирования институтов общей собственности отдельными федеральными законами и позволит расширить перечень оснований получения компенсации собственником по решению суда.

Предлагаю также закрепить в Жилищном кодексе РФ специальное регулирование режимов общей долевой собственности, расширить возможности остальных собственников на реализацию преимущественного права покупки долей».

Член комиссии Московской городской Думы по безопасности, спорту и молодежной политике Наталия Метлина,постоянное депутатское объединение «Моя Москва»:

«Тема, которую мы сегодня поднимаем, не только московская, она касается всей страны. Я как журналист более 25 лет занимаюсь проблемами, связанными с деятельностью черных риелторов. Могу сказать, что история с долями вышла сегодня на первый план. Сорок семь процентов сделок, которые «Росреестр» регистрирует в Москве, – это сделки с долями.

За последние несколько лет долевое рейдерство, то есть выкуп долей, не выделенных в натуре (без определения порядка проживания в квартирах посемейного типа), стал самым популярным методом отъема жилья.

Создан и активно реализуется механизм силового захвата квартир граждан путем оформления на членов ОПГ доли с целью принуждения других собственников к продаже всего объекта недвижимости целиком.

Выкуп долей стал формой социального терроризма, который порождает недоверие к власти.

Гражданский кодекс РФ, принятый в 1994 году, к сожалению, не отвечает уже тем вызовам, которые мы имеем. Он не регламентирует особые правила оборота долей в жилых помещениях, в том числе в квартирах посемейного проживания. Именно этими пустотами в Гражданском и Жилищном кодексах пользуются рейдеры.

Доля в праве собственности в жилом помещении возникает в квартире посемейного типа в следующих случаях: приватизация, наследование, совместное приобретение или дарение и раздел имущества по суду. Проблема еще и в том, что само понятие доли, не выделенной в натуре без определенного порядка, разными ведомствами трактуется по-разному.

При этом органы опеки на сегодняшний день даже не выясняют, в каких условиях оказался ребенок, прописанный на ¼ доли в однокомнатной квартире. Обратной стороной этой проблемы является систематическое привлечение рейдерами своих несовершеннолетних детей к захватам квартир.

Необходимость усилить защиту жилищных прав ребенка послужила одной из основных причин проведения сегодняшнего круглого стола».

Заместитель начальника Управления уголовного розыска ГУ МВД России по Москве Олег Колтунов:

See also:  Игорь кушнир: законно построенное жилье не может стоить дешевле 16 тыс.грн. за кв.м.

«Квартирное рейдерство отличается особым цинизмом, мошенники могут дробить доли на абсурдно мелкие части.

Считаю, что реализация жилищных прав нового собственника должна допускаться только с согласия других собственников, проживающих в данном помещении, а в случае отсутствия такового – зопределяться судом в рамках гражданского судопроизводства.

Для вселения гражданина, не являющегося родственником кого-либо из хозяев, нужно получать согласие всех совладельцев. Сдача в аренду помещений в долевой квартире должна быть также запрещена. Если не вводить жесткие ограничительные меры, проблему не решить.

 Предлагаю также внести изменения в законодательство, регламентирующее нотариальную деятельность. В данный момент на стадии предварительного следствия органы правопорядка не могут получить нотариальные документы. Это затягивает уголовное производство».

Уполномоченный по правам человека в городе Москве Татьяна Потяева:

«В рамках соглашения совместно с Министерством внутренних дел РФ мы ведем прием граждан, в том числе пострадавших от действий квартирных рейдеров. Находим решения в части случаев. Безусловно, это не носит системный характер, но в любом случае стараемся оказывать помощь каждой семье, оказавшейся в столь сложной жизненной ситуации.

Я уже неоднократно высказывала в докладах о деятельности Уполномоченного, что в целях введения дополнительных гарантий прав собственников необходимо закрепить недопустимость дробления долей, ограничить возможность вселения других лиц без согласия собственников.

Важно законодательно усилить роль нотариата, урегулировать риелторскую деятельность, утвердить профессиональные стандарты и требования к квалификации. Кроме того, органы опеки не должны быть отстранены от работы по контролю за осуществлением сделок с долями. Только путем консолидации усилий всех структур государственной власти и активизации гражданского общества можно решить эту проблему.

Эта тема найдет отражение и в докладе федерального Уполномоченного по правам человека Татьяны Москальковой в Государственной Думе ФС РФ».

В завершение круглого стола Наталия Метлина сообщила, что рабочая группа продолжит сбор предложений по совершенствованию законодательства.

«Самое главное, нам нужно выделить сделки с долями в отдельных пунктах в Гражданском кодексе РФ и сделать все возможное, чтобы запретить продажу долей в квартире посемейного проживания “на сторону”. Сейчас предлагается внести поправки в Конституцию РФ, утверждающие незыблемость семейных ценностей. Это совершенно справедливо.

Но какая может быть защита прав семьи, если совершаются сделки, противоречащие здравому смыслу? Нам необходимо навести порядок в сфере жилищных прав», –заключила столичный парламентарий.

Председатель Московской городской Думы Алексей Шапошников, фракция партии «Единая Россия»:

«Проблема незаконного захвата недвижимости граждан со стороны так называемых «черных риелторов» особенно остро стоит в крупных мегаполисах. В погоне за дорогостоящими квадратными метрами мошенники используют различные схемы, позволяющие приобрести долю в квартире и потом выжить добросовестных собственников, создав им невыносимые условия проживания.

В 2016 году эту проблему частично решили на федеральном уровне. Изменения в Закон «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» сделали невозможным отчуждение долей в праве общей собственности на недвижимое имущество без нотариального удостоверения.

Среди преимуществ такого удостоверения – обязательная проверка нотариусом дееспособности и волеизъявления клиентов. Кроме того, при нарушении прав одной из сторон в нотариальной сделке, убытки в полной мере возмещает нотариус.

Кстати, до введения нотариального удостоверения сделок число ежегодных преступлений с жильем составляло 20 тысяч, а после снизилось почти в три раза – до 7 тысяч.

Тем не менее, поскольку сделки с долями – далеко не единственная форма продажи жилья, граждане, не пожелавшие воспользоваться услугами нотариусов, часто становятся жертвами махинаций, теряя, как часто бывает, единственное жилье.

Уже не первый год активно обсуждается необходимость введения обязательного нотариального заверения всех гражданских сделок с жилой недвижимостью. Однако это связано с дополнительной финансовой нагрузкой на граждан, которые будут вынуждены платить существенный нотариальный тариф.

В Государственной Думе ФС РФ разрабатывается законопроект, предполагающий запрет на продажу микродолей в квартирах и устанавливающий минимальный размер доли на уровне региональной учетной нормы проживания.

Москвой накоплен серьезный опыт по выявлению мошеннических схем в области сделок с жильем. Уверен, что столичные законодатели подключатся к законотворческой работе на федеральном уровне.

Для этого у нас есть все необходимые механизмы».

  • В СМИ на эту тему:
  • Собственников жилья защитят от захватчиков квартир

Рейдерство

11 сентября 2014 в 12:30

  • Силовой захват
  • собственности:
  • “Рейдер
  • добросовестный”

Это – классика рейдерства, господа.
Далее они продадут предприятие другой фирме, а та в свою очередь следующей.
И уже третий покупатель получает статус добросовестного приобретателя.

  1. И вся эта операция может быть закончена в три дня…
  2. Павел Астахов «Рейдер»

Тема рейдерских захватов, или процесс слияний-поглощений в его юридически закрепленной формулировке, является проблемной, так как оценки этого явления противоречивы и неоднозначны, как со стороны бизнес-сообщества, так и со стороны правоохранительных органов. В чем же состоит противоречивость и неоднозначность рейдерства?

Прежде всего, противоречивость этого явления заключается в подходе к его оценке: предприниматели (в основном крупные) утверждают, что более мобильный бизнес стремится поглотить и пустить в оборот бизнес, который ведется неэффективно.

Рейдеры – «санитары бизнеса». Позиция правоохранительных и судебных органов основана на констатации того факта, что достижение цели «слияние-поглощение» происходит зачастую путем набора преступных действий, попадающих под нормы УК РФ.

Рейдер – преступник.

О важности противодействия криминальному захвату имущества неоднократно упоминал в своих выступлениях Президент РФ Дмитрий Медведев: «Надо возвращать имущество законным хозяевам, а тех, кто незаконно захватывает, – сажать в тюрьму. Если в 90-х годах рейдерство было повсеместным, то сейчас сталкиваться с таким явлением стыдно».

Председатель Верховного Суда Вячеслав Лебедев обратился к членам генерального совета общественного движения «Деловая Россия» с призывом информировать о неправосудных решениях.

Дискуссия, которая ведется специалистами на страницах прессы и Интернета, вкратце сводится к следующему: в действующем Уголовном кодексе РФ нет статьи, предусматривающей ответственность за рейдерство. Тем не менее судьи находят способы наказать участников криминального захвата, ссылаясь на следующие статьи УК РФ: ст. 159 «Мошенничество», ст.

163 «Вымогательство», ст. 330 «Самоуправство», ст. 327 «Подделка документов», ст. 196 «Преднамеренное банкротство», ст. 201 «Злоупотребление полномочиями», ст. 303 «Фальсификация доказательств по гражданскому делу».

Исходя из анализа судебно-следственной практики, возможна квалификация действий, сопровождающих корпоративный захват, и по другим статьям УК РФ: грабеж (ст. 161), разбой (ст. 162), причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165), уничтожение или повреждение имущества (ст. 167).

Нередко рейдерство как таковое становится возможным благодаря наличию коррупционных связей. «Помощь» рейдерам со стороны должностных лиц может квалифицироваться как злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), превышение должностных полномочий (ст. 286), получение взятки (ст. 290), служебный подлог (ст. 292).

Возбуждение «заказных» уголовных дел против руководителей намеченной к поглощению коммерческой структуры есть не что иное, как привлечение заведомо невиновного человека к уголовной ответственности (ст. 299). Вынесение заведомо неправосудного судебного акта, обеспечивающего легитимность рейдерского захвата, влечет ответственность по ст.

305 УК РФ.

Рейдеры, оказывая психическое и физическое воздействие на акционеров, заставляют продавать свои акции, тем самым совершают принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения (ст. 179 УК РФ). Кража реестра и других документов юридического лица образует состав незаконного получения сведений, составляющих коммерческую тайну (ст.

183 УК РФ), а представление в регистрационные органы поддельных документов – это похищение документов и их подделка (ст. ст. 324, 327 УК РФ). В свою очередь, нотариусы, заверившие поддельные документы, отвечают за соучастие в преступлениях, в том числе частные нотариусы – по ст.

202 УК РФ (злоупотребление полномочиями частными нотариусами и аудиторами), а также за коммерческий подкуп (ст. 204 УК РФ).

Павел Астахов к уголовной квалификации добавляет ст. 174, ст. 174.1 УК РФ «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»; ст. 327 п. 3, «Использование заведомо подложного документа».

See also:  Закон про «євробляхи». як розмитнити авто за новими правилами?

Действия, проводимые во время рейдерского захвата, также могут сопровождаться совершением преступлений против личности. Однако далеко не всегда удается «подвести» то или иное деяние под конкретную статью УК РФ. В результате, рейдеры зачастую вообще избегают наказания.

В связи с этим, все чаще в юридическом сообществе звучат предложения «урезонить» рейдеров специальной уголовной статьей. Например, Следственный комитет при МВД России предлагал ввести сразу две статьи: ст. 201.1 «Незаконное присвоение полномочий органа управления юридического лица» и ст. 201.

2 «Злоупотребление правами участника (акционера) юридического лица». Именно это легло в основу уголовно-правовой составляющей «антирейдерского» пакета поправок в законодательство, который был направлен в различные ведомства и высшие суды для заключений. Впрочем, обсуждаются и альтернативные варианты изменений в УК РФ.

Они касаются как введения квалифицированных «рейдерских» составов в уже существующие статьи, так и других формулировок специальной нормы об ответственности за корпоративные захваты.

Наряду с этим, есть и категорически отрицательные оценки подобных инициатив, которые, надо отметить, звучат весьма убедительно, особенно из уст практиков.

Известно, что Следственный комитет при МВД России являлся инициатором введения в УК РФ нового состава преступления «незаконное завладение корпоративным управлением в юридическом лице».

Учитывая, что действия, связанные с рейдерскими захватами, посягают на достаточно широкий круг общественных отношений, охраняемых уголовным правом (собственность, интересы экономической деятельности, порядок управления и т. д.

), а формы таких деяний многообразны, невозможно объединить все эти деяния в рамках одного-единственного состава. К тому же рейдеры постоянно совершенствуют свою криминальную деятельность, изобретая новые способы и схемы корпоративных захватов.

Учитывая, что процесс корпоративных захватов раскладывается на составные части, их можно квалифицировать как отдельные деяния. Однако группы статей, по которым возможно квалифицировать действия рейдеров, не связаны друг с другом, и это представляет неминуемые трудности для квалификации. Судьи, рассматривающие дела по корпоративным захватам, признаются, что испытывают трудности при квалификации подобных действий. Зачастую они попросту не «умещаются» в диспозицию наиболее часто вменяемой органами следствия ст. 159 УК РФ.

Весьма красноречива позиция Верховного Суда РФ в отзыве на проект Федерального Закона «О внесении изменений в УК РФ», внесенный депутатами Государственной Думы Геннадием Гудковым, Александром Хинштейном и Андреем Луговым: «в законодательстве отсутствует определение понятий “рейдерство” или “недружественное поглощение”, проблемы добросовестного приобретателя должны решаться и решаются в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства… в гражданском и корпоративном законодательстве содержатся, в первую очередь, нормативно закрепленные разрешения и запреты… Совершенствование этих отраслей права с целью предотвращения корпоративных конфликтов и противодействия “недружественным поглощениям” должно положительно повлиять на стабильность работы как самих предприятий, так и целых отраслей экономики, защиту прав и законных интересов акционеров и инвесторов, а также определить спектр ситуаций, в которых, возможно, потребуется применение мер уголовного воздействия». Несколько напоминает ситуацию, которая, став проблемной, требует оперативного решения, почти как в анекдоте: «Поможем похудеть за один день на 20 килограммов – отрежем ноги трамваем». Применение для квалификации рейдерских действий отдельных статей УК РФ не позволяет раскрыть общую картину незаконных корпоративных поглощений, а следовательно, эффективно бороться с ними. С другой стороны, высказывается мнение, что основная проблема противодействия рейдерским захватам кроется не в изъянах уголовного закона, а в отсутствии надежных барьеров в других отраслях права: гражданском, корпоративном, арбитражном, процессуальном, а также в законодательстве об исполнительном производстве.

Вся сложность изучения криминального захвата недвижимости заключается в том, что бывает трудно найти грань между совершением преступлений и гражданско-правовых сделок. В ч. 1 ст.

129 ГК РФ сказано, что объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства, либо иным способом.

Парадокс состоит в том, что, с точки зрения обывателя, факт криминального захвата недвижимости очевиден, а с точки зрения действующего законодательства, все может быть запутанно и трудно доказуемо.

К сожалению, это устраивает, прежде всего, две стороны возникающего противостояния: лиц, осуществляющих криминальный захват, и правоохранительные органы, которым удобно не вмешиваться в возникающий спор под благовидным предлогом «спора хозяйствующих субъектов».

Корпоративные захваты – «бизнес» сложный, высокоинтеллектуальный, среднестатистический рейдер – более высококвалифицированный профессионал в своем деле, чем среднестатистический сотрудник правоохранительных органов. Рейдерство, как новое социально-правовое явление, качественно отличается от всех иных традиционных имущественных преступлений.

Изучаются структура собственности предприятия, стоимость нейтрализации местных судов, милиции, органов власти, взятки налоговому инспектору, обеспечение прикрытия акции в средствах информации, изменение записей в реестре, принятие судом решения об обеспечительных мерах, аресте реестра, закрытии собрания акционеров, аннулировании результатов собрания акционеров и т.п.

– все выливается в несколько сотен тысяч долларов. На одном из персональных сайтов «Услуги и цены» расписаны расценки по этапам захватов. Как пишет известный криминолог Нинель Кузнецова, «даже если посчитать приведенную в Интернете информацию “шуткой”, то она не слишком далека от истины. Силовые захваты собственности сегодня – это вид организованной преступности. Коррупция – всеохватна.

Даже суды открыто нарушают не только гражданское, но и уголовное законодательство».

Все, что связано с рейдерством, связано с коррупцией. Если, например, возбуждается уголовное дело, спорное здание может быть описано как вещественное доказательство. Тогда с этим зданием ничего невозможно будет сделать.

Рейдерский план отличается очень высоким процентом рентабельности, рейдеры ведь всегда составляют смету расходов и предполагаемых доходов. Корпоративный шантаж – разновидность инвестиционного бизнеса.

И, как любая другая форма жизнедеятельности предпринимательства, он заинтересован в максимизации нормы прибыли, в частности – посредством сокращения времени оборота инвестированных в проект средств, осуществляя на всех отрезках дистанции поиски платежеспособных «покупателей проекта».

Это системно отлаженный комплексный криминальный бизнес. Характерен специфический предмет посягательств на недвижимость или, точнее, имущественные хозяйственные комплексы.

Рейдерство является корпоративным видом преступности. Осуществляется с конечной целью получения прибыли – посредством оформления права собственности и быстрой продажи подконтрольным компаниям, которым, в свою очередь, нужно быстро продать имущество, для того чтобы конечный, третий, четвертый и т.п. покупатель был признан добросовестным приобретателем.

Новый собственник будет отгорожен от претензий прежнего владельца статусом «добросовестного приобретателя» (Добросовестным приобретателем признается лицо, которое не знало и не могло знать, что приобретало имущество у лица, которое не имело права его отчуждать).

Таким образом, потерпевшая сторона, в отношении которой осуществлен захват недвижимости, остается одна против всех в заведомо проигрышной ситуации.

Весьма показательна позиция видного ученого-правоведа Бориса Черепахина: «На каждом этапе в истории развития общества придается особое значение праву собственности, так как та или иная форма собственности дает соответствующую характеристику определенной правовой системы, а, в сущности говоря, и соответствующую характеристику целой эпохи в истории человечества… Исключительное значение права собственности в каждой правовой системе требует и обусловливает абсолютный характер защиты права собственности. Защита права собственности направлена против всякого нарушителя. Это всеобщий принцип защиты права собственности, правда, в отдельных законодательствах претерпевающий известное ограничение в пользу третьих добросовестных приобретателей. Следует, таким образом, признать, что не защита оборота, а защита права собственности приобретателя обосновывает допущение добросовестного приобретения от неуправомоченного отчуждателя.

Добросовестным владельцем признается добросовестный приобретатель вещи, пока по обстоятельствам дела он не узнал и не должен был узнать о неправомерности своего владения. Таким образом, предварительным условием добросовестного владения является добросовестное приобретение вещи».

Таким образом, представляется наиболее верным подход к юридической квалификации рейдерства, прежде всего, с гражданско-правовых позиций: во-первых, рассматривать рейдерство как сделку, и, во-вторых, в качестве предмета спора – оспаривание статуса добросовестного приобретателя.

Станислав БАЧИНИН,

ст. преп. каф. «Основы экономической теории» ОмГТУ,

юрист

Be the first to comment

Leave a Reply

Your email address will not be published.


*