Практика незаконных задержаний

Практика незаконных задержаний КУПОН НА БЕСПЛАТНУЮ КОНСУЛЬТАЦИЮ
Получить купон

Практика незаконных задержаний

Суров Олег Борисович

  • Повышение квалификации на юридическом факультете ГОУВПО
  • “Общая программа повышения квалификации адвокатов ” в 2011 г.; 2014 г.
  • Адвокатская практика с 2001 года.
  • Адвокат Адвокатской палаты г.Москвы

Посягая на право личной свободы и неприкосновенности, сотрудник органов, производивших задержание, нарушает работу таких органов и ставит под сомнение их компетентность.

  В случае если суд, введенный в заблуждение прокурором или дознавателем, выносит постановление о заключении под стражу,  можно говорить о том, что такое решение еще и нарушает работу суда. 

Юридическая фирма «Зальцман и партнеры» создает надежную защиту от неправомерных действий правоохранительных органов и предоставляет следующие услуги в сфере уголовной юстиции:

  • сбор доказательной базы, подготовка документов, характеристик, ходатайств, поиск и привлечение свидетелей;
  • построение эффективной линии защиты, поведения на этапе следствия и судебных разбирательств;
  • консультации по правилам общения с представителями правоохранительных органов;
  • оказание срочной юридической помощи с выездом адвоката на место совершения преступления, в правоохранительные органы, СИЗО, суд;
  • ознакомление подсудимого, обвиняемого, свидетеля, подозреваемого с материалами уголовного дела;
  • противодействие попыткам следствия преобразовать вчерашнего свидетеля в подозреваемого;
  • непосредственное участие адвоката в судебном разбирательстве и другие.
  • Задержание считается незаконным в следующих случаях:
  • при отсутствии доказательств, указывающих на виновность лица в преступлении;
  • отсутствие доказательств в необходимости изоляции лица, его опасности для общества и общественного порядка;
  • незаконное задержание сотрудниками полиции без составления протокола или с наличием других процессуальных нарушений.

Если вас или ваших родственников задержали, необходимо обратиться к адвокату, который сможет защитить ваши права в этой непростой ситуации. Помните, что не любой адвокат способен грамотно вести диалог с сотрудниками органов правопорядка. Выбирая адвоката, обратите внимание на наличие опыта работы в этой сфере. Ведь чем больше опыта он имеет, тем более успешным будет исход дела.

Юридическая практика

Юридическая практика пестрит примерами незаконных задержаний.

Истец обратилась в суд с требованием о возмещении морального ущерба, наступившего вследствие задержания. Ответчик мотивировал арест тем, что в крови истца на момент задержания содержалось 0.

027 промилле алкоголя, и он представлял опасность для общества. Адвокат истца нашел технические документы к прибору, с помощью которого было произведен замер алкоголя в крови, в которых погрешность при измерении была определена как 0.4 промилле.

Суд, приняв во внимание эти факты, принял сторону истца.

Грамотно выстроенная линия защита при задержании позволит вам избежать нарушения ваших прав и не допустить произвола со стороны сотрудников органов. Выбирайте опытного адвоката, который поможет вам добиться справедливости!

Задать свой вопрос

Источник: https://zalcman.ru/uslugi/nezakonnoe-zaderzhanie/

О признании незаконными действий, выразившихся в незаконном задержании транспортного средства

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 13 февраля 2018 г.                                                                г. Махачкала

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи – А.К.,

судей – Ш.М., И.А.,

при секретаре – Р.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Ш.М. административное дело по апелляционной жалобе М.Б. на решение Кировского районного суда г. Махачкалы от 11 октября 2017 года по делу по заявлению М.Б. к инспектору полка ДПС УГИБДД МВД по Республике Дагестан Т.Э. о признании незаконными действий, выразившихся в незаконном задержании транспортного средства,

установила:

Административный истец М.Б. обратился в суд с административным исковым заявлением к инспектору полка ДПС УГИБДД МВД по Республике Дагестан Т.Э. о признании незаконными действий, выразившихся в задержании транспортного средства марки «ВАЗ-2110», за совершение нарушения предусмотренного ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ.

В обосновании заявления указывает, что в 13 часов 18 минут его транспортное средство марки «ВАЗ-2110» за государственными регистрационными номерами № было задержано инспектором полка ДПС УГИБДД МВД по Республике Дагестан майором полиции Т.Э. в гор. Махачкала и перемещено на эвакуаторе с места стоянки транспортных средств инвалидов на штрафную стоянку ООО «Махачкала терминал», за нарушение им ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ.

  • Не оспаривая факта нарушения ППД РФ, заявитель считает действия инспектора по задержанию транспортного средства и его эвакуации незаконными, поскольку после погрузки автомобиля на платформу эвакуатора он был готов на месте уплатить штраф за данное нарушение, однако инспектор не согласился с ним общаться, проследовав на специализированную стоянку.
  • Считает, что основания для задержания транспортного средства и перемещения его на штрафную стоянку отсутствовали.
  • Просит суд признать действия сотрудника ГИБДД, а также само задержание автомобиля, как применение меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, неправомерными.

Решением Кировского районного суда г. Махачкалы от 11 октября 2017 года в удовлетворении административного искового заявления М.Б. отказано.

На указанное решение М.Б. подана апелляционная жалоба с просьбой об отмене названного решения, со ссылкой на то, что в силу ч. 1.1 ст. 27.

1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях задержание транспортного средства прекращается непосредственно на месте задержания транспортного средства в присутствии лица, которое может управлять данным транспортным средством в соответствии с Правилами дорожного движения, если причина задержания транспортного средства устранена до начала движения транспортного средства, предназначенного для перемещения задержанного транспортного средства на специализированную стоянку.

Полагает, что он появился на месте правонарушение до того, как эвакуатор начал движение на специализированную стоянку, следовательно, необходимости в эвакуации транспортного средства не было. Он мог управлять своим автомобилем, т.к. не был лишен права и не являлся лицом отстраненным от управления транспортными средствами.

Судебное извещение о назначении судебного заседания на 13 февраля 2018 года направлено административному истцу М.Б. по адресу, указанному им в исковом заявлении и апелляционной жалобе (г. Махачкала, , район Многопрофильной больницы, дом б/н).

Согласно имеющимся в отчете об отслеживании отправления сведениям, судебное извещение в связи с неоднократной попыткой вручения адресату возвращено в почтовое отделение. Срок его хранения истек 10 февраля 2018 года.

Применительно к правилам части 2 статьи 100 КАС РФ отказ в получении почтовой корреспонденции, о чем свидетельствует его возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела.

В связи с указанным, дело рассмотрено, согласно статье 150 КАС РФ, в отсутствие надлежаще извещенного, но не явившегося в судебное заседание административного истца М.Б.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив эти доводы, заслушав объяснения инспектора ДПС УГИБДД МВД по Республике Дагестан Т.Э. и представителя МВД по Республике Дагестан А.К., возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

На основании ст.

218 КАС РФ, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с ч. 1 ст. 27.13 КоАП РФ в целях пресечения нарушений правил эксплуатации, использования транспортного средства и управления транспортным средством соответствующего вида, предусмотренных частями 1 и 2 статьи 12.

7 КоАП РФ применяются задержание транспортного средства, то есть исключение транспортного средства из процесса перевозки людей и грузов путем перемещения его при помощи другого транспортного средства и помещения в ближайшее специально отведенное охраняемое место (на специализированную стоянку), и хранение на специализированной стоянке до устранения причины задержания.

На основании ч. 1.1. ст. 27.

13 КоАП РФ задержание транспортного средства прекращается непосредственно на месте задержания транспортного средства в присутствии лица, которое может управлять данным транспортным средством в соответствии с Правилами дорожного движения, если причина задержания транспортного средства устранена до начала движения транспортного средства, предназначенного для перемещения задержанного транспортного средства на специализированную стоянку.

Пунктом 147.

1 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения, утвержденного приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 02 марта 2009 года N 185, определено, что в случае устранения причины задержания транспортного средства на месте выявления административного правонарушения, предоставление для управления транспортным средством иного лица, при отсутствии оснований для его отстранения от управления транспортным средством, до начала перемещения задерживаемого транспортного средства, помещение транспортного средства на специализированную стоянку не осуществляется.

При этом началом движения задержанного транспортного средства, как это установлено в ч. 1.1 ст. 27.13 КоАП РФ, следует понимать изменение его места расположения путем совершения маневра, протекающего не в движении, а в трогании с места стоянки.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  в 13 часов 18 минут инспектором полка ДПС УГИБДД МВД по Республике Дагестан Т.Э.

был составлен протокол  о задержании транспортного средства «ВАЗ-2110», государственный регистрационный знак № за совершение нарушения предусмотренного ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ.

Транспортное средство эвакуировано и передано ООО «Махачкала терминал».

Постановлением инспектора полка ДПС УГИБДД МВД по Республике Дагестан И.Г. М.Б. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ, назначено наказание в виде административного штрафа в размере  рублей.

Достаточные данные, указывающие на совершение М.Б. административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ, были установлены должностным лицом органа ГИБДД, административное правонарушение административным истцом признано, штраф им оплачен.

See also:  Как закончить догострой силами инвесторов - 2 варианта выхода

Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются.

Признавая факт совершения им административного правонарушения, М.Б. считает незаконными действия сотрудника полиции Т.Э. по задержанию его автомобиля и последующей эвакуации его на стоянку.

Между тем, доводы истца о появлении его на месте правонарушения до начала движения эвакуатора, а, следовательно, отсутствия в связи с этим необходимости в эвакуации его транспортного средства на специализированную стоянку, не соответствуют установленным по делу обстоятельствам и материалам дела.

То обстоятельство, что на месте выявления административного правонарушения водитель транспортного средства отсутствовал, подтверждается, в частности, видеозаписью, сделанной инспектором ГИБДД Т.Э., представленной в материалы дела.

Между тем, причины задержания транспортного средства должны быть устранены на момент его задержания, чего в данном случае произведено не было.

Как правильно указано судом, в соответствии с ч. 8 ст. 27.13 КоАП РФ, протокол о задержании транспортного средства в отсутствие водителя составляется в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи. В данном случае должностным лицом применена видеозапись задержания транспортного средства, что исключало необходимость привлечения к совершению указанного действия двух понятых.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о том, что на момент составления протокола задержания транспортного средства, осуществленного по адресу  в месте задержания отсутствовало лицо, имеющее право управления данным автомобилем.

Доводы жалобы М.Б. основаны на неверном понимании норм действующего законодательства РФ и иной оценке представленных в дело доказательств, нежели данная судьей районного суда, оснований к чему судебной коллегией не установлено.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда не имеется. Решение суда постановлено с соблюдением норм процессуального права, нормы материального права, как и фактические обстоятельства дела, имеющие юридическое значение, судом первой инстанции, вопреки доводам апеллянта, применены и установлены верно.

Состоявшееся по делу судебное решение соответствует нормам материального и процессуального права, а содержащиеся в нем выводы – фактическим обстоятельствам дела и требованиям закона.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 308, 309 КАС РФ, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г. Махачкалы от 6 октября 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу М.Б. – без удовлетворения.

Источник: https://05.xn--b1aew.xn--p1ai/document/12927204

Недостатки уголовно-правовой регламентации задержания лица, совершившего преступление, и ответственности за заведомо незаконное задержание

Д.В.Перцев
Г.А.Чобанов

Авторы приглашают специалистов к научной дискуссии, предметом которой является теоретическая концепция единого института задержания лица, подозреваемого в преступлении.

В статье исследуются недостатки уголовно-правовой регламентации такого состава преступления, как заведомо незаконное задержание, дается их анализ, определяются пути совершенствования института уголовной ответственности за это деяние. Предлагается включить в объективную сторону данного преступления незаконное административное задержание.

Формулируется новая редакция диспозиции ч. 1 ст. 301 УК РФ. Авторы приходят к выводу о том, что реализация их предложений позволит сделать первый шаг на пути создания комплексного закона, регламентирующего институт задержания.

Ключевые слова: Уголовно-правовая регламентация задержания, заведомо незаконное задержание, преступление, причины, условия, мотивация, должностные лица, меры предупреждения, уголовная ответственность.

Исследователи неоднократно обращали свое внимание на нерешенную в науке уголовного права проблему – определение понятия заведомо незаконного задержания. Понятие «задержание», используемое в ч. 1 ст. 301 УК РФ, по содержанию является универсальным термином в уголовной юстиции.

Различия в его толковании являются камнем преткновения при квалификации данного деяния в качестве противоправного.

Для того чтобы сформулировать определение понятия заведомо незаконного задержания, прежде всего необходимо рассмотреть дискуссионные вопросы, связанные с законным задержанием лица, совершившего преступление.

В теории уголовного права институт задержания лица, совершившего преступление, в полной мере не разработан. В Общей части Уголовного кодекса содержится норма, предусматривающая исключение уголовной ответственности при причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление. Так, согласно ч. 1 ст.

38 УК РФ, «не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании для доставления органам власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений, если иными средствами задержать такое лицо не представлялось возможным и при этом не было допущено превышения необходимых для этого мер» [1].

Само по себе причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании относится к обстоятельствам, исключающим преступность деяния.

В науке уголовного права обстоятельствами, исключающими преступность деяния, называются те, при наличии которых, деяние, формально содержащее все признаки состава преступления, не признается преступным.

Продолжается дискуссия о том, являются ли указанные обстоятельства по своей правовой природе общественно опасными, общественно нейтральными или общественно полезными. Представляется, что в целом эта дискуссия находится за рамками нашего научного исследования.

Однако считаем, что причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании
является по своей правовой природе общественно полезным обстоятельство, поскольку позволяет активно противодействовать преступным посягательствам.

В уголовном праве, кроме указанного обстоятельства, исключающего преступность деяния, также существуют уголовно-правовые нормы, предусматривающие уголовную ответственность за причинение вреда при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, а также такое обстоятельство, смягчающее наказание, как совершение преступления при нарушении условий правомерности задержания лица, совершившего преступление. Таким образом, отечественное уголовное право имеет целую систему норм, в которых используется термин «задержание лица, совершившего преступление».

Между тем понятие задержания лица, совершившего преступление, в данных нормах не раскрыто и играет второстепенную роль, что позволяет трактовать его произвольно.

Следует констатировать, что за рамками правового регулирования остаются важнейшие вопросы, связанные с задержанием лица, совершившего преступление.

Кто вправе осуществлять такое задержание, в каких случаях применяется универсальная процедура задержания и существует ли таковая вообще? На эти вопросы, к сожалению, законодатель четкого ответа не дает.

По нашему мнению, давно назрела необходимость в принятии комплексного закона, который установил бы единую процедуру задержания лица, совершившего преступление, и действие которого распространялось бы не только на сотрудников правоохранительных органов, но и на граждан, позволяя им активно участвовать в противодействии преступности.

Концепция такого закона является темой для отдельного самостоятельного научного исследования и находится за рамками задач, стоящими перед авторами статьи. Нами осуществляется сегодня только анализ действующего законодательства.

При этом приходится констатировать, что оно фрагментарно регламентирует процедуру задержания, а она сама на практике реализуется сотрудниками правоохранительных органов с многочисленными нарушениями.

Отсутствие комплексного института задержания, в основе которого лежала бы внутренне непротиворечивая концепция, приводит к тому, что единый по сути институт задержания «распадается» на несколько самостоятельных институтов, которые относятся к разным отраслям права.

Поэтому он содержит в себе ряд внутренних, глубинных противоречий и нестыковок, которые усложняют его практическое применение.

В каждом конкретном случае задержания сотрудники правоохранительных органов руководствуются абстрактными теоретическими положениями, образующими институт задержания, которые в настоящий момент не имеют четкого законодательного закрепления (что, конечно же, является нарушением принципа законности), за исключением уголовно-процессуального задержания.

Такое положение дел недопустимо. Сотрудники правоохранительных органов в своей деятельности должны четко руководствоваться только нормами закона. Именно абстрактный характер существующих правовых норм, регламентирующих процедуру задержания, по нашему мнению, приводит к многочисленным нарушениям прав и законных интересов задерживаемых лиц.

Нечеткость формулировок действующего законодательства, кроме того, является общепризнанным коррупциогенным фактором. Недостаточная правовая регламентация института задержания приводит к тому, что ущемляются гарантированные Конституцией Российской Федерации права и законные интересы лиц, которые еще не признаны преступниками с точки зрения законодательства.

Подобная ситуация также представляется недопустимой. Безусловно, все это негативно отражается на практике применения правовой нормы, которая предусматривает уголовную ответственность за незаконное задержание. Конструкция данной нормы апеллирует к действующему уголовно-процессуальному законодательству со всеми его достоинствами и недостатками и тем самым проецирует последние на соответствующий состав преступления.

На наш взгляд, необходима более точная редакция ч. 1 ст. 301 УК РФ. Диспозиция в любом случае (и даже если она носит бланкетный характер) должна содержать признаки, которые характеризуют незаконное задержание как общественно опасное деяние.

Только уголовный закон должен определять преступность и уголовную наказуемость допущенного нарушения, в том числе такого, которое связано с задержанием лица по подозрению в совершении преступления.

Поэтому необходимо в первую очередь выработать уголовно-правовое понятие задержания лица, совершившего преступление, и включить его в Общую часть Уголовного кодекса.

А сами признаки задержания лица по подозрению в совершении преступления будет легко конкретизировать в УПК РФ, если предлагаемое нами общее понятие уголовно-правового задержания будет закреплено в УК РФ.

Формулируя такое понятие для уголовного закона и указывая на то, что задерживается именно лицо, совершившее преступление, мы одновременно исключаем возможность ошибки расширительного толкования задержания в уголовно-процессуальном законодательстве и в рамках административного судопроизводства (например при задержании автотранспортного средства как орудия совершения дорожно-транспортного происшествия вместе с водителем).

На основе изложенных аргументов предлагаем дополнить ст. 38 УК РФ примечанием 1
следующего содержания: «Под задержанием лица, совершившего преступление, следует понимать задержание лица, которое совершило общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания, для доставления органам власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений».

В предлагаемой нами редакции уголовный закон будет прямо указывать на совершение общественно опасного деяния как на необходимое и законное основание для задержания преступника.

See also:  Як вплине новий мовний закон на діловодство та кадри: аналіз діючого законодавства

Кроме того, такая расширительная формулировка позволит гражданам (не являющимся сотрудниками правоохранительных органов) активно участвовать в задержании лиц, подозреваемых в совершении преступлений и административных правонарушений.

В практике правоохранительных органов нередко возникает вопрос о правомерности применения административного задержания в целях ограничения свободы лица, подозреваемого в совершении преступления, и о квалификации злоупотребления такой формой задержания. Согласно ст. 27.

3 КоАП РФ: «Административное задержание, то есть кратковременное ограничение свободы физического лица, может применяться в исключительных случаях, если это необходимо для правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении» [2]. При этом отсутствие указанных оснований для задержания образует объективную сторону незаконного административного задержания. Этот вывод подтверждается, в частности, результатами проведенного одним из авторов статьи анкетирования 120 дознавателей и следователей.

Ряд ученых, например В.П. Малков и А.С. Михлин, предлагают включить незаконное административное задержание в объективную сторону такого преступления, как заведомо незаконное задержание (ч. 1 ст. 301 УК РФ), и приводят соответствующие аргументы [3, с. 80].

Вместе с тем в научной литературе существует и противоположное мнение о том, что административное задержание не может образовывать состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 301 УК РФ.

Такой подход также негативно сказывается на правоприменительной практике, поскольку способствует закреплению тенденции, связанной с завуалированием незаконного уголовно-процессуального задержания административно-правовым задержанием.

Это подтверждается, например, и словами заместителя прокурора Москвы о том, что в качестве одного из распространенных способов сокрытия фактов незаконного задержания используется оформление на заподозренное в преступлении лицо материала об административном правонарушении.

Проведенная в столичных органах внутренних дел проверка выявила 130 таких задержаний. Граждане доставлялись в отделы по подозрению в совершении преступлений, однако на них составлялись протоколы не в уголовно-процессуальном порядке, а на основании КоАП РФ. Впоследствии эти граждане отпускались, а административные производства прекращались без указания оснований [4, с. 8].

Стоит также отметить, что лишь в единичных случаях невиновным лицам удалось доказать в суде незаконность осуществленных в их отношении административных задержаний.

Это свидетельствует о том, что факты незаконных административных задержаний встречаются на практике и имеют достаточно высокую степень общественной опасности. Как и многие практики-специалисты, считаем, что эта степень соответствует категории преступления, а не административного правонарушения.

Указанное обстоятельство подтверждается и результатами упомянутого выше социологического исследования: 75% опрошенных дознавателей и следователей согласились с этим мнением.

Таким образом, становится очевидным, что необходимо включить незаконное административное задержание в объективную сторону такого преступления, как заведомо незаконное задержание. Для решения рассмотренной проблемы предлагаем изложить диспозицию ч. 1 ст.

301 УК РФ в следующей редакции: «Заведомо незаконное административное или уголовно-процессуальное задержание лицом, уполномоченным в соответствии с законом на совершение указанных действий, – наказывается …».

Реализация этого предложения позволит сделать первый шаг на пути к созданию комплексного закона, регламентирующего институт задержания.

Несмотря на то, что в данной статье рассматривается лишь один частный вопрос, связанный с регламентацией уголовной ответственности за заведомо незаконное задержание, мы не могли не затронуть и ряд других существенных проблем института задержания. Авторы приглашают специалистов к научной дискуссии, предметом которой может быть теоретическая концепция единого института задержания лица, подозреваемого в преступлении.

Библиографический список:

Источник: https://zakoniros.ru/?p=32730

За незаконное уголовное преследование предлагают платить больше – новости Право.ру

В Госдуму поступил законопроект, который устанавливает минимальные размеры компенсации за «незаконное или необоснованное уголовное преследование». Минимальная компенсация – 1 000 руб. за день  предварительного расследования и судебного следствия.

Если незаконно назначен домашний арест, подписка о невыезде, запрет определенных действий, за каждый день заплатят не меньше 5 000 рублей в день. За один день пребывания в СИЗО или тюрьме минимальный размер возмещения составит 15 000 руб. в день.

Такая же сумма полагается за незаконное применение мер медицинского характера или необоснованные меры воспитательного воздействия к несовершеннолетним. 

Конкретную сумму в каждом деле определит суд, который оценит характер физических и нравственных страданий на основании результатов специальной экспертизы. 

Компенсация за пребывание в СИЗО по сфабрикованному делу

Как подчеркнул один из авторов проекта, руководитель фракции «Справедливая Россия» Сергей Миронов, документ был разработан после громкой истории с задержанием журналиста «Медузы» Ивана Голунова. Об этом говорится в сообщении на сайте Госдумы.

Другой разработчик – первый зампред думского комитета по госстроительству и законодательству Михаил Емельянов – сообщил, что инициатива не связана с делом Голунова.

«Это давно подготовленный законопроект, он не имеет отношения к делу Голунова.

К сожалению, такие случаи происходят довольно часто, но о них не очень много шумят, когда дело касается простых людей, а не журналистов», – пояснил он ТАСС.

Кто заплатит

Юристы, опрошенные «Право.ru», приветствовали инициативу. Но опасения у экспертов вызвала возможность злоупотребления нормами, ведь предлагаемые суммы на порядок выше чем, те, которые присуждают сейчас.

В этом сюжете

«Они настолько сказочны, особенно для небогатых регионов, что нетрудно представить ситуацию, когда следователи будут вступать в сговор с потенциальными обвиняемыми, чтобы подержать их в СИЗО под условием дальнейшего прекращения дела и честного раздела полученной компенсации», – поделился своими сомнениями партнер АБ Федеральный рейтинг группа Уголовное право Профайл компании
, адвокат Матвей Протасов. Следователи не будут бояться возможного преследования в таких случаях. По мнению Протасова, они сговорятся с обвиняемым, чтобы тот не добивался привлечения следователя к уголовной ответственности. Обвиняемый скорее наоборот даст показания о том, что следователь не знал и не мог знать о невиновности заранее, а узнал об этом лишь после расследования.

При этом ключевая идея реабилитации не только в том, чтобы компенсировать вред пострадавшему лицу, но и в том, чтобы не допустить в будущем подобных случаев, подчеркнул Вячеслав Яблоков, управляющий партнёр Региональный рейтинг группа Уголовное право 14 место По количеству юристов 31 место По выручке

Перспектива выплаты такой крупной компенсации может стать ещё одним препятствием для прекращения уголовных дел, которые будут любой ценой доводить до «нереабилитирующих» оснований.

Матвей Протасов, АБ Федеральный рейтинг группа Уголовное право Профайл компании

 Яблоков предлагает, чтобы следователь, поддерживающий ходатайство о заключении под стражу и утвердивший обвинение прокурор отвечали за свои действия своими личными средствами.

Но для этого, отмечает юрист, нужно закрепить обязанность казначейства предъявлять регрессные иски к таким правоохранителям. По мнению Яблокова, это может стать очень эффективной мерой.

Сейчас такое право есть, но им практически не пользуются, рассказывает юрист. 

Будет ли бюджет готов к таким расходам, задается вопросом Татьяна Пашкевич, адвокат юридической компании Федеральный рейтинг
. В то же время, она надеется, что «в случае утверждения поправок должностные лица будут задумываться о последствиях, если их действия признают незаконными».

Цена ошибки

Ситуацию с возмещением морального вреда эксперты называют «плачевной». Суды первой и второй инстанции назначают «издевательски малые компенсации, отмечает Матвей Протасов. По его словам, сумму иногда «исправляет» Верховный суд, но все равно получается меньше, чем в законопроекте.

В моей практике за шесть месяцев незаконного содержания под стражей суд определил размер морального вреда в 140 000 руб. Если посчитать по правилам законопроекта, должно быть в 20 раз больше. 

Вячеслав Яблоков, Региональный рейтинг группа Уголовное право 14 место По количеству юристов 31 место По выручке
 

Многие и вовсе не добиваются реабилитации, ведь это требует времени и денег на юристов. А те суммы, которые удается в конечном счете получить, ничтожно малы, рассказывает Пашкевич.  ЕСПЧ также присуждает «не очень большие суммы», отмечает адвокат.

Законопроект № 729341-7 «О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации в части установления минимального размера компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование».

  • Иван Голунов
  • Законопроект
  • Новости
  • Уголовный процесс

Источник: https://pravo.ru/news/212289/

Совет да указ

Аресты и задержания журналистов и депутатов во время одиночных пикетов в Москве могут стать причиной жалобы в Конституционный суд, такую возможность рассматривают правозащитники. Жалобу на столичные нормы, запрещающие публичные акции в рамках борьбы с распространением COVID, готовы поддержать в СПЧ.

Его глава Валерий Фадеев заявил “Ъ”, что московская полиция, арестовавшая в пятницу около трех десятков человек во время одиночных пикетов, поставила региональный закон выше федерального и, в частности, Конституции.

Эксперт Института права и публичной политики Ольга Кряжкова отметила, что в России не было прецедента, когда КС не учитывал бы мнение президентского совета.

В пятницу в Москве и Петербурге продолжились «пикетные очереди» в поддержку арестованных на 15 суток журналиста Ильи Азара и активиста Виктора Немытова.

Оба вышли во вторник в одиночные пикеты в поддержку Владимира Воронцова, администратора правозащитного проекта «Омбудсмен полиции», и были арестованы на 15 суток. Рассмотрев жалобу господина Немытова, его освободил Мосгорсуд.

Илья Азар остается под арестом за повторное нарушение правил митинга или пикета (ч. 8 ст. 20.2 КоАП).

В четверг и пятницу задержаны минимум 42 человека, которые выходили с одиночными пикетами к зданию МВД в Москве и к Гостиному Двору в Петербурге в поддержку господ Азара и Немытова.

Вчера на Петровке, 38 полиция, руководствуясь указом мэра Москвы 12-УМ, запрещающим «массовые мероприятия и публичные акции» в рамках ограничительных мер из-за коронавируса, задерживала не только пикетчиков, но и представителей СМИ.

Главред «Эха Москвы» Алексей Венедиктов, комментируя задержание журналистов радиостанции Татьяны Фельгенгауэр и Александра Плющева, заявил о нарушении полицией ст. 144 УК (воспрепятствование профессиональной деятельности журналистов).

See also:  Сколько лет стажа нужно иметь для пенсии, по новым законам

Среди задержанных также оказались депутат Мосгордумы Сергей Митрохин, муниципальные депутаты Андрей Морев, Елена Филина, Юлия Галямина и Сергей Цукасов.

«В задержаниях журналистов во время исполнения обязанностей нет ничего хорошего, полиция увлеклась,— заявил “Ъ” глава СПЧ Валерий Фадеев.

— Суд при вынесении решения об аресте Ильи Азара опирается на указ (мэра Москвы 12-УМ.— “Ъ”), которым запрещены и пикеты тоже.

Полиция при задержаниях также исходит из указа, от нее нельзя требовать заниматься интеллектуальной работой и выяснять, какой закон важнее — федеральный или московский.

Я, конечно, считаю, что федеральный (закон 54-ФЗ не запрещает одиночные пикеты и не требует их согласования.— “Ъ”)».

«Право на свободу выражения мнения гарантировано 29-й статьей Конституции РФ,— согласен глава правозащитного проекта “Апология протеста” Алексей Глухов.— Федеральный закон, как и Конституция, важнее указа главы города».

Задержания имели место не только в столице. В Санкт-Петербурге в полиции оказались четыре оппозиционных активиста. А в Екатеринбурге к зданию ГУ МВД с плакатом «Свободу журналисту Илье Азару» вышел шеф-редактор портала Znak.com Дмитрий Колезев. Его не задержали.

В Москве, по словам главы Фонда развития гражданского общества Константина Костина, «граница между одиночным пикетом и стихийным митингом в пятницу была очень призрачной».

Господин Костин отметил, что нормы московского КоАП о соблюдении режима повышенной готовности и указ мэра, запрещающий публичные акции, вынуждают власть и, в частности, полицию следовать букве закона, «даже когда это ведет к определенным издержкам».

Валерий Фадеев заявил “Ъ”, что «если какие-либо группы считают, что московский КоАП не соответствует Конституции, нужно добиваться его отмены в Конституционном суде».

«Указ мэра не отменен, полиция действовала на его основе,— отметил он.— Для пересмотра указа также есть КС, куда, может быть, и мы, СПЧ, выйдем с инициативой (о его отмене.— “Ъ”)».

Господин Фадеев поддержал заявление, сделанное накануне его коллегами по СПЧ, в котором говорилось, что «одиночный пикет не может быть нарушением закона о публичных акциях, а карантин не может ограничивать конституционные права граждан».

Алексей Глухов сообщил “Ъ”, что адвокаты «Апологии протеста» уже рассматривали возможность обращения с жалобой не только в КС, но и в Верховный суд РФ.

«Сейчас мы прорабатываем несколько вариантов противостояния незаконной практике привлечения людей в Москве к административной ответственности,— уточнил он.

— Тем более что КС уже не раз принимал решения о приведении в соответствие федерального и регионального законодательства».

«Эта ситуация (с арестами и задержаниями из-за одиночных пикетов.— “Ъ”) войдет в доклад совета о мерах властей, принимаемых для борьбы с эпидемией. В том числе туда войдет неразрешенное пикетирование,— сообщил Валерий Фадеев.— Если власти Москвы или других регионов считают, что запрет пикетов — мера необходимая, давайте тогда править федеральный закон “О митингах”.

Я против этого, но, если есть разрыв федерального и регионального законодательства, если одно не соответствует другому, давайте что-то править. Моя позиция, разумеется, федеральное законодательство в приоритете».

«Мне неизвестны случаи, когда КС игнорировал бы мнение СПЧ»,— заявила эксперт Института права и публичной политики Ольга Кряжкова, отметив, что суд нередко по собственной инициативе обращается к органу за экспертным заключением. «Практика обращений СПЧ в Конституционный суд предполагает наличие жалобы, уже принятой к рассмотрению,— пояснила госпожа Кряжкова.

— Если группа депутатов или журналистов или кто-то из задержанных или арестованных, пожалуется в КС, пройдя все судебные инстанции, СПЧ может принять участие и дать свое заключение по просьбе КС или выступить с инициативой в порядке “друга суда”».

Она добавила, что в данном случае «в КС можно пожаловаться на статьи федерального или регионального КоАП, а также на противоречие какого-либо нормативного акта Конституции».

Мария Старикова; Олег Дилимбетов, Санкт-Петербург; Николай Яблонский, Екатеринбург

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/4363377

Полицейский рассказал, как доказывают нарушение самоизоляции: "Прикладываем фото хлеба" – МК

По его словам, пока есть некоторая неразбериха в том, кого и за что штрафовать

В Москве и Московской области в основном штрафуют по статье 6.3 КоАП «Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения» и по статье 20.6.1 КоАП «Невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения».  

При этом первый акт, имеющий более строгие санкции, применяется в большинстве случаев и повсеместно.

На сайте Мосгорсуда есть сведения за 2020-й год о примерно 40 заседаниях в разных районных судах по рассмотрению нарушений физлицами статьи 6.3. «Передовиком» в реализации этой нормы является один из отделов УВД по ТиНАО.

На условиях анонимности нам удалось переговорить с одним из сотрудников, отвечающих за эту теперь «народную» статью.

– Первоначально указаний «обилечивать» граждан никаких не было. Сотрудников ориентировали предупреждать людей, которые явно вышли просто погулять.

Наш правовой отдел разработал фабулу и алгоритм доказывания, который утвердили в Мосгорсуде. По моим данным, там лишь немного коррективов внесли судьи – добавили НПА (нормативно-правовые акты), на которые надо ссылаться.

Им сейчас из города звонят, из других отделов – по их памятке все теперь работать будут.

– Чем руководствуются сотрудники полиции при выявлении нарушителей?

– Всё просто. Попадают те, кто не сумел верно объясниться. Вся наша актуальная статистика – это шесть оштрафованных из шести оформленных. У всех штраф 15 тысяч рублей. Все сказали, что идут в магазин за хлебом. Но пойманы были далеко от дома.

– И как нарушение было доказано в суде?

– Два подробнейших рапорта, план схема, где указаны магазины, находящиеся рядом с домами нарушителей, фотоподтверждение, что в них есть хлеб, и объяснения продавцов. Статья до недавнего времени встречалась редко, судебная практика по ней не сложилась. Но пока Фемида полностью на стороне властей.  

– А если нужного хлеба нет? Или вовсе человек говорит, что идёт не за хлебом?

– Тут дело в другом, булочки или водка, например, не являются жизненно-необходимыми продуктами.

Что касается новой статьи 20.6.1 (введена Федеральным законом от 01.04.2020 N 99-ФЗ), то на сайтах столичных судов таких процессов над физическими лицами нет.

Однако наш источник из подмосковной полиции поделился протоколом одного из судов, где эта мера успешно была применена к гражданину, который отправился за более дешёвыми сигаретами на рынок, в отдалении от своего дома. Фемида оштрафовала его на 1 тысячу рублей.

– Расскажите, почему именно эта статья была применена, а не 6.3?

– В области у людей столько денег нет. Шучу. На самом деле везде по-разному, знаю в соседних районах отрабатывают и так, и так. Нам с самого начала была дана установка «билетить» по 20.6.1. Некоторым даже планы навязывали. Но последнее время поступил негласный запрет на эту меру.

– С чем это связано?

– 6.3 гораздо прочнее стоит в суде. 20.6.1 любой нормальный юрист разнесет в пух и прах. 

– А почему 6.3 и надёжнее?

– Там идёт ссылка на «предписания», которые выдаются человеку, например, запрет на выход из дома тем, кто прилетел из-за границы, кто контактировал с заболевшими и т.д. То есть, теми, кто попал в поле зрения Роспотребнадзора. Но если по этой статье оштрафовать того, кто, например, вышел на пробежку, на мой взгляд, это нарушение.

Однако судя по практике в Москве и Московской области – штрафуют по обеим статьям. Правда, под наказание попадают только те, кто не смог объяснить полицейским цель своих перемещений. Законно ли это и возможно ли оспорить решение суда, если уже «совершена ошибка», «МК» поинтересовался у юристов.

Адвокат Оксана Михалкина считает неправильными штрафы в 15 тысяч рублей, которые сейчас начали назначать москвичам только за то, что они отошли от дома более, чем на 100 метров.

– В этих случаях тоже усматривается нарушение, но только не статьи 6.3 КоАП «Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения». Правильной здесь будет квалификация по ст. 20.6.1.

«Невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения». Там наказания предусмотрены от одной тысячи рублей до 30 тыс.

И есть решения судов, которые правильно применили закон и назначили москвичам минимальные штрафы.

По словам адвоката, статья 6.3 распространяется только на тех, кто должен находиться в режиме обязательной изоляции, — это люди от 65 лет, те, кто вернулись из-за границы, кто имел контакт с заболевшими — все, кому выдано предписание не покидать место жительства на протяжении 14 дней. 

– База данных таких лиц создана, система распознавания лиц в Москве работает и в случае, если такие лица будут обнаружены, к ним можно применять статью 6.3 со штрафом от 15 тысяч рублей, – говорит Михалкина. – Постановления о наказании людей в иных случаях нужно обжаловать, и вышестоящие суды должны их отменить.

 Московской пенсионерке вернули полную сумку продуктов, забытую в автобусе

Источник: https://www.mk.ru/social/2020/04/10/policeyskiy-rasskazal-kak-dokazyvayut-narushenie-samoizolyacii-obyasneniya-prodavcov-fotopodtverzhdenie-khleba.html

Be the first to comment

Leave a Reply

Your email address will not be published.


*